Get Adobe Flash player

postheadericon Крестьянская закалка

В наше время из сельской местности потихоньку уходит традиция держать много скотины. А в хозяйстве четы Якуньковых из Суморьева – три коровы, красавец-бык, два телёнка, 17 овец вместе с ягнятами, 40 кур да петухов. Василий Николаевич и Екатерина Семёновна – с детства привычные к труду. Он остался без отца, когда учился в четвёртом классе, а она и вовсе своего родителя на свете не застала – родилась после его смерти. Лёгкой жизни не знали их семьи.

- Жили бедно: мать рвалась и нас рвала, заставляла работать, - рассказывает Екатерина. – Детство даже вспоминать не хочется! Но тогда мы и привыкли к труду. И со скотиной управляться тогда же научились. А потом и своей семьёй всегда разводили коров, овец… 40 лет свиней держали, по четыре сразу. Теперь поросят не заводим. А остальная скотина всегда во дворе. Не понимаем, как можно хозяйство бросить?! Не верится, что стареем…

С мужем они одногодки. Встретились рано – жили через дорогу. В город не рвались. Но, получив специальность в Арзамасе, три года отработали в Городце и вернулись на малую родину. Успели пожить и в Вознесенском. Выросли и уехали в Нижний Новгород их дочери. Людмила, старшая, - директор кадрового агентства, Юлия возглавляет аптеку. Они приезжают, помогают родителям. А помощь бывает нужна… И немалая!

Трижды горели Якуньковы (скотины полегло – по целому двору). И трижды «восставали из пепла», находили силы пережить беду, построиться, снова завести хозяйство.
Екатерина вспоминает о последнем пожаре, случившемся девять лет назад. Загорелось рано утром. Супруги выбежали из дома в чём были, ничего не успели взять из полыхающего строения. Огонь быстро перекинулся на двор… Всё сгорело: вещи, домашние животные, документы. Уцелели сами хозяева, да кошка с собакой.

Трудно посреди жизни начинать всё с нуля. Хотели крестьянское (фермерское ) хозяйство оформлять, а случилось такое… Удар был ещё тот… Жили в гараже. Строили дом и двор заново. Всё – сами, своими руками. Дети, родня помогали. Местные власти не оставили погорельцев в их несчастье, односельчане, чем могли, поддержали.

- Люблю своё Суморьево, - говорит Екатерина. – И люди нам встречаются всё чаще добрые. Сама я бываю резкой, прямой. А муж у меня, как громоотвод. Не умеет ругаться. Спокойный, умный, молчаливый. И трудяга, каких мало. Подумает, посчитает, прикинет – и всё сделает. Большое счастье – моя вторая половина.

Василий Николаевич, кроме техникума, окончил вуз в Москве. Считает, что высшее образование в жизни ему помогает: если где-то что-то рассчитать надо, пригождаются полученные знания. Вместе работали на заводе «Жемчуг», а с уходом на пенсию с головой ушли в своё хозяйство. Возит супругу на рынок, та торгует молоком и молочной продукцией, яйцами, мясом… А сам он освоил  многие профессии: каменщика, штукатура, маляра… Всё делает сам. Кивает на мотоблок:

- Вот моё хозяйство. Сейчас пахать поеду.

За невысоким заборчиком – огород. К хозяйке рвётся овчарка Макс, с недоверием косится на чужаков. За деревянной дверью – скотный двор, поперёк дороги разлёгся огромный бык. «Будем его резать скоро, - сообщает Екатерина. – Как резать скотину – сердце кровью обливается… Тёлок не трогаем, на племя оставляем. Как подрастают, продаём». Но не для красоты тут живность разводят. На мясо! Его и в город отправляют, и здесь им торгуют. А, бывает, раздают, чем богаты, - помнят, как помогали в беде им самим.

Под новеньким, недавно построенным навесом – гора свёклы, рядом сложена тыква. По двору в разные стороны расходятся аккуратные дорожки, выложенные брусчаткой. Вдоль них – клумбы. Цветами занимаются жена с дочерьми. Весь дом – как теремок. И внутри, и снаружи. На крыльце – горшки с цветами. Красота! И эта красота тоже требует постоянного ухода. А ведь у супругов и со скотиной хлопот невпроворот. За всеми убери, всех накорми. У Екатерины Семёновны – группа инвалидности. Но на месте она не сидит. Знает: дела сами себя не переделают.

Показывает дом:
- Не шикуем! Но чистоту люблю.

Проходим по комнатам, а потом спускаемся по лесенке:- Здесь у нас «отбойный молоток», - так она называет подсобные помещения в доме. – Творожная, молочная кухня, сепараторная… Пока всё не намою – спать не лягу.

И такое рвение – не только в плане чистоты. Сено, например, косят сами.
- Рвусь со скотиной, на рынки езжу, гроши собираю… И я буду покупать сено? – восклицает Екатерина Семёновна. – Когда вокруг Суморьева такие луга!

Да у Якуньковых и Мокша совсем рядом. Замучила их – два года подряд половину огорода затопляла по весне. Но зато и купаться идти – два шага. Отдыхать ведь тоже надо.

Чтобы успеть управиться с делами, встают рано. Забот всем хватает, даже приезжающим летом внукам Наталье и Никите. Василий Николаевич раньше точил матрёшки. Сейчас зрение не позволяет. Супруге его подарили прялку, она прядёт и вяжет. Говорит, стряпать любит – страсть как. Ждёт: обещали дети сложить печку в доме. В ней пироги печь лучше – не то, что на газу. А когда доит коров, поёт: «Расцвела под окошком белоснежная вишня» или «Деревенька моя…».

Вот так и живёт деревенька. Нет, не деревня – село Суморьево. Не все бросают личное подсобное хозяйство и стремятся к городской жизни. Кому-то дороже крестьянская жизнь – в непрестанных заботах и хлопотах.

Костопулу, Т. Крестьянская закалка / Татьяна Ивановна Костопулу // Наша жизнь. – 2016 .- 7 октября. – С. 1.

Обновлено (07.10.2016 10:54)

 
Слабовидящим

 

Онлайн - опрос.
Какими услугами Вы предпочитаете пользоваться в библиотеке?
 

 

 

 

 

 

IMGP3107.JPG
1
Счетчик посещений
HotLog